Дикая кошка
"Она пришла в семью, как дикая кошка. Ее все устраивало. Всегда сытая, наглая, независимая и никого не уважающая, она просто использовала новых родителей, как ей было выгодно. Все говорили: переходный возраст, плохие гены, дети из детских домов, - они все такие"

"Может, и правда ей лучше в детском доме, она там ко всему привыкла. Зря мы ее забрали", - крутились грустные мысли в голове матери.
Терпению родителей можно было просто позавидовать. Особенно терпению мамы.
- Доченька, убери за собой посуду.
- Да пошла ты на …, я тебе не домработница.
- Дорогая, не матерись, во-первых, а во-вторых, моя работа - деньги в дом, а твоя - порядок в доме. Все по справедливости.
- А мне плевать на твою справедливость. Не хочу и не буду!
- Тогда будут последствия. Не уберешь со стола, останешься без телефона.
- Да подавись ты им!
В приемную маму полетел новенький телефон.
Подняла, бережно положила в тумбочку и заплакала.
Дочка жила с ними уже два месяца, но женщина никак не могла подобрать к ней ключик. «Может, и правда ей лучше в детском доме, она там ко всему привыкла. Зря мы ее забрали», - крутились грустные мысли в голове матери.
Она в миллионный раз решила с ней заговорить:
- Даша, тебе у нас плохо?
- Пойдет.
- Может быть, ты хочешь вернуться в детский дом?
- Нет
- Но нельзя жить в семье и не уважать тех, кто рядом.
- Почему? Можно. Я же живу.
- Это неправильная жизнь.
- Что ты знаешь о жизни? Хм…
И что дальше…? Что спрашивать, о чем говорить? Снова тупик. Красивая, неглупая девочка-подросток стояла напротив уставшей и разочарованной женщины. С приходом Дашки их жизнь, некогда спокойная и размеренная, превратилась в ад.
Что бы они ни делали, как бы с ней ни говорили, ничего не помогало. Казалось, что девчушке на всех наплевать, и никого она не любит. Живет своей «дикой» жизнью и не важно, что будет завтра.

- Они странные, и мне у них не нравится, но зато теперь у меня есть возможность видеть тебя. Видишь, мам? Я старалась, и у меня получилось! И у тебя получится. Мама, давай ты не будешь пить, а? Мам?
Шли недели. Она не выполняла домашние обязанности, отказывалась ходить в школу, со всеми ссорилась и нецензурно выражалась. Приемные родители были у нескольких психологов, но все безрезультатно. Дашка ничем не дорожила, никого не любила и «дикарила» по-прежнему.
И вот однажды, незадолго перед 8 марта, она стала покладистой и заискивающей. Мать удивлялась, что за перемены, надолго ли такое «счастье». Боялась делать предположения. Дочка молча исполняла все обязанности. Ни с кем не ругалась и вообще стала походить на обычного «домашнего» ребенка. В семью пришла тихая радость.
- Дашенька, ты заметила, как дома спокойно и хорошо?
- Есть немного.
- Ты изменилась, может быть ты хочешь у нас что-то попросить?
- С чего вы взяли?
- Ну, ты так хорошо себя ведешь, что хочется тебя порадовать чем-то. Вот только не знаем, чего бы ты хотела. Подарок или поехать куда –то?
- Подарков не надо, а поехать в одно место, – да. Отпустите? Я, наконец, адрес нашла.
- Отпустить одну не сможем. А вот свозить, куда нужно, - с радостью. А что это за место?
- Я покажу. Хочу одного человека поздравить с праздником.
- Это прекрасное желание. Может, тогда и торт купить, чтобы приятнее было?
- Торт это хорошо. Спасибо.
И Даша ушла в свою комнату, а мама сидела и удивлялась: «Что это с моим ребенком?» Поздравить… Неужели есть в ее жизни тот, на кого ей не наплевать? Неужели в ее сердце не все чувства умерли.
Вечером женщина передала весь разговор мужу, и они решили, не откладывая, в ближайшие выходные исполнить просьбу дочери.
В субботу утром Даша заметно нервничала и была резка, но потом, как-будто опомнившись, тихо извинялась. Торт был куплен. Машина привезла их согласно озвученному Дашей адресу. Выйдя на улицу, они подошли к многоэтажке и вошли в подъезд. Номер квартиры дочка так и не назвала, и родители поняли, что она не хочет, чтобы они шли за ней. Но они все равно шли, переживая за ее безопасность.
- Тетя Света, можно я пойду дальше одна? Это, правда, не опасно.
- Мы не можем. Пойми нас правильно. Ты не говоришь, куда идешь и к кому, мы волнуемся. А вдруг ты не выйдешь из подъезда, и что тогда нам делать? Куда бежать? Где тебя искать?
- Хорошо, только не заходите со мной. Просто подождите в сторонке. Это мой разговор и моя встреча.
По тому, как девочка произнесла слова «мой» и «моя», они поняли, что ей важно, чтобы она все сделала сама. И не настаивали. Как же они были удивлены, когда в подъезде она не повернула к квартирам, а стала спускаться по лестнице в подвал.
Полумрак. Неприятный, даже зловонный запах «туалета» и алкоголя жутко бил в нос. Девочка уверенно шла вперед. Коридор. Помещение за помещением. Где-то стояли решётки с замками, где-то валялся мусор и бутылки, шуршали кошки. Она шла в самый конец подвала. Неожиданно остановилась и, обернувшись, произнесла:
- Пожалуйста, не ходите дальше. Подождите здесь.
Родители остановились. Она взяла торт и цветы и прошла внутрь помещения. Отец и мать спрятались за угол, где был хороший обзор. То, что они увидели дальше, осталось в их памяти на всю жизнь.
Дикая Кошка, наглая и безразличная ко всему, Дашка, робко ступая, подошла к вороху тряпок в углу комнаты. Там, в этой грязи и жуткой вони, что-то шевелилось. С подарками в руках, гордая и своенравная девчонка неожиданно встала на колени. Она начала руками разгребать это тряпьё, и в полумраке родители увидели лицо пьяной, невменяемой женщины. Голос девочки зазвучал так нежно и ласково, что они его не узнали.
- Мам, мама. Привет. Мам, просыпайся. Это я, твоя дочка. Помнишь? Меня Дашка зовут. Мам? Ну, проснись! Я к тебе пришла. Помнишь, я обещала, что приду и пришла. Я смогла! Меня люди забрали из детского дома, и я смогла прийти.
- Дашка? Дочка? Моя? А, помню. Ты моя дочка. Помню. Тебя давно не было. Почему?
Речь женщины была невнятной. Слова отрывистыми и еле произносимыми. Но Даша очень обрадовалась, что мать ее узнала. И стала возбужденно отвечать на вопросы, поглаживая ее по грязной голове.
- Мама, ты меня узнала? Я так рада! Я не могла прийти, меня же забрали в детский дом. А там нас не отпускали. Я старалась нравиться всем родителям, что приходили меня смотреть, но больших, как я, не очень-то берут в семью. И меня долго не выбирали. Но все же у меня получилось. Понимаешь? Я старалась, и у меня получилось! Они странные, и мне у них не нравится, но зато теперь у меня есть возможность видеть тебя. Видишь, мам? Я старалась, и у меня получилось! И у тебя получится. Мама, давай ты не будешь пить, а? Мам? Ты мня слышишь?
Дашка снова стала гладить мать по голове и слегка трясти ее за плечи, чтобы та очнулась и поговорила с ней. Но женщина была совершенно пьяна, и действия девочки ее только раздражали.
- Не брошу я пить. Отстань от меня! Что тебе надо?
- Мам, но я же лучше водки! Посмотри на меня, я хорошая, я послушная. Я буду тебе во всем помогать. Если ты только бросишь пить, мы тогда заживем. Я буду стирать, убирать, работать. Я все для тебя сделаю... Мам, я люблю тебя…
И Дашка заплакала, горько и тихо. Она сидела и плакала посреди вонючего подвала, возле бессознательной матери. Она крепко держала ее руку, а во второй руке мать крепко держала бутылку водки. Родители девочки стояли, не шевелясь, пораженные увиденным. Вдруг девочка резко поднялась. Взяла цветы, положила их женщине в руку, заботливо поправила на ней «одеяло» из тряпок и прошептала:
- Я сильная! Я справлюсь! Я вытащу тебя отсюда. У меня получится!
В машине все ехали молча. Родители ничего не спрашивали, а Дашка ничего не говорила. Но с этого дня, каждый раз, когда дочка начинала «дикарить», а это продолжалось регулярно, приемная мама обнимала ее сзади за плечи и говорила:
- А я все равно тебя люблю! Хоть ругайся, хоть хами, хоть не учись. Я просто люблю тебя такой, какая ты есть!
Дашка вырывалась, орала еще больше, кричала что ненавидит и презирает. Но мама крепко держала ее до тех пор, пока дочка не уставала в ее объятьях и успокаивалась.

- Я весь год старалась вести себя плохо, я каждый день придумывала способы, чтобы вы возненавидели меня. Тогда и мне было бы легче вас не любить. Но вы любили! Любили каждый день. Несмотря ни на что. И я не смогла. Я полюбила вас и предала свою маму. Я ведь должна любить ее одну!
Прошел год. Родители не раз задавались вопросом, когда же их Дикая Кошка перестанет делать зло. Они не могли понять причину ее ужасного поведения, но теперь точно знали, что в ней есть любовь, и терпеливо шли шаг за шагом.
Однажды во время одного из таких объятий Даша, устав бороться с приемной мамой, смотря ей прямо в глаза, произнесла тихим и нежным голосом:
- Как же я вас ненавижу…
- Ты уверена, что именно это хотела сказать?
- Да. Я не ненавижу вас потому, что я всей душой полюбила вас.
- Это как?
- Я весь год старалась вести себя плохо, я каждый день придумывала способы, чтобы вы возненавидели меня. Тогда и мне было бы легче вас не любить. Но вы любили! Любили каждый день. Несмотря ни на что. И я не смогла. Я полюбила вас и предала свою маму. Я ведь должна любить ее одну!
Света нежно и крепко обняла свою доченьку и сквозь слезы прошептала:
- Да ты же моя глупенькая! Как же ты могла ее предать? Она же твоя мама навсегда. И твоя любовь к ней - это твоя сила. А меня ты можешь любить, как тетю. Мы с папой даны тебе, чтобы ты могла выучиться, окрепнуть и вытащить свою маму из этой беды. Мы - твоя поддержка, и мы всегда будем рядом и будем любить тебя!
Они долго сидели обнявшись и говорили обо всем на свете. С тех пор их Дикая Кошка стала покладистее котенка. Она старалась учиться и быть послушной. Пошла к репетиторам и занялась спортом. Перестала грубить и ругаться. Она стала впитывать знания и раздавать любовь, которую так долг сдерживала в себе.

Не зная сердца человека, мы можем сделать неверные выводы. И поставить крест там, где можно достичь больших перемен.
Не судите о поступках приемных детей через призму своих догадок. Любите их безусловно и постоянно, и они откроются вам. И тогда наступят долгожданные перемены!
Хотя по себе я точно знаю, что перемены наступят не в них, а в нас…
05.02.2018 г.
Жанна Ким.

#рассказыматери
Made on
Tilda